Ночной портье (1973)

Ночной портье«Ночной портье», наверное, один из самых скандальных фильмов в истории мирового кинематографа. И дело даже не в откровенных сценах и не в акцентированности на «темной стороне желания», выраженной в пристальном внимании к утонченным садомазохистским играм, после «сексуальной революции» этим уже никого не удивишь, а в том, что режиссер и автор сценария фильма Лилиана Кавани едва ли не впервые в кинематографе настолько остро поставила вопрос о природе насилия и власти, об ответственности не только палача, но и жертвы и, вслед за Ницше, только более откровенно и на доступном современному человечеству языке, выдвинула тезис о неделимости системы «подчинять и подчиняться».

В центре сюжета – бывший нацист, ныне ночной портье в хорошем венском отеле, и бывшая заключенная, теперь жена известного дирижера. Случайная встреча через 12 лет после войны меняет и ломает их судьбы. То, что не доделала война, завершит мирное время…

Кавани всегда шла поперек. Она как будто ленточная пила по металлу проходилась по нервам зрителей. Героями ее лент были Сталин и Петен, Галилей, Ницше и Франциск Ассизский, бунтарки и лесбиянки, а тема войны и насилия интересовала ее всегда. В фильме «Шкура» она с безжалостной откровенностью показала процесс «освобождения» Италии американскими войсками, утвердив тем самым точку зрения, что одна оккупация ничем не лучше другой, и оскорбив этим «прогрессивную» общественность.

Но такого скандала, как «Ночной портье», ни «Берлинский роман», ни «Шкура» не вызвали. Фильму пришлось преодолеть несколько судебных разбирательств, прежде чем он был признан произведением искусства и выпущен в прокат без купюр. В конце концов, сцена, в которой молодая узница Лючия (Шарлота Рэпмлинг) танцует обнаженной перед офицерами СС в лагере, вошла в список 100 лучших сцен мирового кинематографа.

Многочисленные преследования и обвинения, которым подвергся фильм, свидетельствуют главным образом о том, что большинство критиков просто не поняли его – как не поняли бывшие эсэсовцы своего сослуживца Макса (Дирк Богарт), который, встретив Лючию, понял, что второй раз встретил свою судьбу (впрочем, их-то можно понять – скрываясь от мести победителей, они просто хотят выжить, но чем руководствовались критики?).

Этим двоим уже никуда не деться друг от друга. Второй шанс, предоставленный им жизнью, похож на насмешку богов. Им остается всего несколько дней, которые стоят всего их призрачного будущего. Но будущего нет, а прошлое подступает неотвратимо. Ничего никуда не ушло, и в нужный момент из сундука (или из подсознания?) извлекаются куцее платье узницы и эсэсовский мундир, и словно и не было этих двенадцати лет – Макс и Лючия, молодые, мучительно счастливые, непрощенные, уходят по утреннему шоссе в свой немыслимый рай.

Между прочим, в основе сюжета лежит реальная история взаимоотношений офицера СС и партизанки-француженки. Этим фактом Кавани отмела все упреки ревизионистов и правых, которые тоже были весьма задеты этим фильмом. А сама она говорила, что фильм – не о войне, но «о самом главном в жизни»…

Понравилась статья? Подпишись на рассылку!

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *